Лютая коса со знаком вепря

Телаарская коса - Предмет - World of Warcraft

мда, да я косу на жатке комбайна в поле клепаю в пять раз лучше чем у них там на заводе. И из инстументов всего кусок вала да. X: Это сова закричала иль знак меж ветвей подают? С: Окна закрыты ли Ты солнца луч в свою косу вплети,. Прижми цветы к Где гонит вепря гончих свора. Но в поле .. В лютую стужу оно согревает нам душу;. Отражаемый. Промелькнула коса девичья. У порога . Злого вепря клыки. И улитки . Он издох бы от казни лютой! И когда о .. Опусти в знак прощенья ресницы.

Сразу затем егерь произвел в погребе запуск маломощного простуженного двигателя. Произведенный урон и последующий запуск мотора вернули меня к реальности, а реальность погнала в сарай за дровами.

Гневить лишний раз егеря в мое расписание не входило. Согласно инструкции я снял со штабеля десяток березовых поленьев. Каким редким дураком казался я Гавриле Степановичу, ежели он допускал мысль, будто я сподоблюсь тащить поленья снизу.

Отлучился я разве что на пару минут, но к моему возвращению за столом кают-компании распоряжался уже какой-то хмырь в бобровом треухе индивидуального кроя, вооруженный до гнилых своих зубов.

Зажав между коленями винтовку, он еще пристроил среди опустошенных тарелок обрез и армейский штык. Я как был с охапкой поленьев, так и застыл на пороге. Мой ограбленный вещмешок, моля о пощаде, валялся в ногах хмыря. Сходу произнести по этому поводу что-либо вразумительное у меня язык не повернулся. Хмырь тоже не спешил с разговорами. Небритое рыло мерзавца продолжало ходить ходуном, пока на моих изумленных глазах с блюдца не исчез последний кружок привозной колбасы.

Ячмень-то не завезли, козлы. Стук двигателя, доносившийся из открытого погреба, он игнорировал. На дальнюю моя Гусеница порожняком не доползет! Мне что, на своем горбу злак таскать? Натаха блины ко дню Моцарта затеяла, вот и прикинь! Гусеницей звали, как выяснилось позже, его тощую кобылу.

Так что вам лучше утром зайти. Кот, внимательно следивший за развитием событий, все же успел посторониться.

Обрубков был чрезвычайно весел. От его прежней озлобленности не осталось и следа. Прижимая к груди единственной своей рукой четверть самогона, очищенного, судя по цвету, марганцовкой, он явился перед нами в полный рост. Мое имя он узнал, я полагаю, из письма. Водрузив бутыль на стол, егерь ловко накренил ее и разлил бледно-сиреневый эликсир в два стакана, предупредительно подставленных мною под горлышко.

Тимоха подобрал свою винтовку и, опершись на нее, теперь маялся у двери. Без помощника я зашиваюсь. Дай Бог здоровья могучего Бориске и всем прочим, кого я ни разу в жизни не. Ты в каких войсках служил отечеству?

Тут он оказался прав: Предстояло нам очень многое и очень. И, поверьте, испытания, выпавшие на нашу долю, были не для слабонервных. Нож просвистел в воздухе и вонзился в притолоку над малахаем отщепенца.

Но тот не ушел и продолжал топтаться на месте, даже когда с трудом выдернул свое холодное оружие и заправил его в голенище валенка.

У раздвоенной сосны Матвей Ребров напоролся. На это Тимоха не придумал, что ответить. На лыжах я стоял, ходил и, случалось иной раз, бегал. Только не с ранением в задницу. Признаться, однако, в своей слабости я не пожелал.

За стенкой хлопнула крышка сундука, и Гаврила Степанович вернулся на кухню с двумя ружьями под мышкой. И Хасана там кликни. Однако на сей раз он встретил меня. Как только я открыл засов, свирепого вида овчарка вырвалась наружу, в три прыжка одолела двор и махнула через ограду.

Там, уже на улице, меня дожидались Тимоха с Обрубковым. В предыдущий мой визит Хасан себя не обнародовал — наверное, наблюдал за мной из темного угла. Догадайся я, что он внутри, я бы туда и носа не казал. Теперь же мне оставалось лишь перевести дух и выбрать лыжи с креплениями из широкой авиационной резины. Поскольку Тимоха посчитал свою миссию выполненной, отряд наш сократился до Хасана, егеря и меня в чине уже признанного официального помощника. С тех пор как участковый наш, Плахин, сгинул.

К нам вообще больше никто не назначается. Я бы крепко на твоем месте, паря, подумал, прежде чем в Пустыри соваться. Луч фонаря в его руке, освещавший лыжню, убежал вперед и возвратился, никого не обнаружив. Вдали действительно как будто зазвучали голоса.

Взрослый человек захотел — и уехал. И не доложил никому по уставу. Что с него, разгильдяя, взять? Другое дело — ребенок. Без денег, без паспорта И, слышь, все — до пяти годков. Сначала хиреть начинали, как будто из них кровь по ночам кто высасывал, вялые становились, заторможенные, словно бы у них координация нарушенная. Последний, до Захарки-то, в октябре исчез, Реброва сын. Уже со страху все детей рассовали по родственникам. Причем единственный из наших здоровый пацан.

Ведь его четыре бабы круглые сутки напролет стерегли, да еще сторож, сукин сын подкулачник Фаизов. Якобы двоюродный брат жены, а на самом деле — татарин, холуйская морда. Парнишку и со двора не пускали. Я и сам уже заметил, что в Пустырях детей совсем. Почему только у нас? Оно, может статься, и маньяк. Тут много вопросов, хотя мало кто ими задается. Давно все поразъехались, кроме тех, кому податься некуда.

Неужто и ему некуда съехать? Не будь Алешки, Пустыри к едрене фене кончились. Нынче к нам и продукты возят по Алешкиному слову. Большой человек приехал и уехал. В общем, темный наш случай.

Мужики на старого вепря грешат, на того, что тебя вчера шуганул, но я не придерживаюсь. Я его повадки знаю: Ответить егерь не успел. Впереди подал голос Хасан, и нас окликнули. Обрубков снизу подсветил свое лицо, и еле различимый силуэт опустил оружие. Мы с егерем добрались-таки до места. На просеке топтались двое: Я смекнул, что это и был Матвей Ребров, потерявший недавно сына и нашедший нынче останки другого мальчика.

Останками назвать то, что мы увидели, пожалуй, и. Меня тут же вырвало. На снегу лежали дочиста обглоданные кости. Скелет мог принадлежать разве что ребенку не старше пяти. Никеша Обрубков дотошно изучил все подступы к ужасной находке и строжайше наказал односельчанам держаться на расстоянии.

Скелет словно сидел на забрызганном кровью и вытоптанном снегу, прислонившись к дереву, хотя изувеченный череп валялся в стороне. Скорее всего, он был раздавлен копытом. Даже у меня, совсем не охотника, мало сомнений вызывала природа оставленных сплошь и рядом отпечатков. Местами довольно четкие оттиски сдвоенных копыт указывали на недавнее присутствие зверя.

Какой бы то ни было одежды подле сосны я не заметил. Но зато, покуда пятно луча обшаривало кости жертвы, я заметил то, что заставило меня содрогнуться и напугало еще пуще прежнего. Меж переломанных ребер грудной клетки блеснула стальная проволока.

Значит, раздетый мальчик был прикручен, возможно, даже и заживо, к сосне, прежде чем принял жуткую смерть. Если, конечно, его не убили. Так или иначе, а на убийство это уже указывало впрямую.

Я тронул Обрубкова за плечо, но он дал мне понять, что все видит. Делать там больше было нечего, и вскоре мы пустились обратно.

Book: Вепрь-3

Вопреки моим ожиданиям, егерь поведал мне подробности исчезновения Захарки. Думаю, он решил, что я и без того уже много знаю, или рассчитывал на меня в будущем как на ближайшего своего помощника. Захарку похитил деревенский дурачок Никеша. До этого Никеша заслуженно слыл в Пустырях самым безобидным существом. За свои тридцать лет он даже комара не прихлопнул, полагая всякую тварь себе подобной. Вон, глянь-ка, я крапивой ожегся. У меня сыпь, и у лягухи сыпь В детях души не чаял, а и дразнили они его, и камнями иной раз кидались.

Когда в Пустырях детей совсем не стало, Никеша сильно затосковал. И вот в день моего приезда в Никеше словно бес прописался. Для бесноватого он, впрочем, действовал слишком расчетливо и хладнокровно. Труднее всего было осмыслить не сам факт похищения — один Бог ведает, что у придурка в мозгах замкнуло! Как только Фаизов, очухавшись, поднял тревогу, жители вдоль и поперек прочесали весь поселок и окрестности.

Но Никеша с мальчиком будто в воду канули. И вот — сегодняшнее продолжение. Егерь, встав, передал мне фонарик и вытянул из-за пазухи золотой образок на тонкой цепочке. Но откуда у слабоумного, который и грамоте-то вряд ли обучен, эдакие лабораторные навыки?! След еще толком не замело, а собаки — встали, что наши, что розыскные. А эксперт и полозья, и Никешин сорок второй на совесть обработал. Больше мы с Обрубковым до самого дома не разговаривали, думая каждый о. Склонный к постижению реальности сквозь логическую призму, я все же допускал какую-то фатальную связь между Никешей и кабаном.

Давешняя картина у могучей сосновой вилки более смахивала на жертвоприношение, нежели на обычное убийство. Поднялась лютая вьюга, и по возвращении Обрубков запустил Хасана в сени, оправдав тем самым поговорку относительно погоды, пса и плохого хозяина. Едва Гаврила Степанович накормил щепками самоварную трубу, пожаловали незваные гости: Как и предполагал егерь, весть о жуткой находке уже разнеслась по селу. Тоскливо и протяжно выли бабы в хоромах на краю оврага, обсаженных чугунными пиками.

Скрежетал зубами в бешенстве и отчаянии Ребров-Белявский, отец покойного мальчика. Зачерпнув ковшиком в ведре ледяной воды, он окатил свою курчавую голову. Егерь, подперев ладонью щеку, сидел за столом, бородатый татарин ломал шапку на пороге, я возился у печи, меняя прогоревшие дрова, а кот наказывал упавший егерский валенок.

Краем глаза я наблюдал за экзекуцией. Валенок получил две-три оплеухи, но затем был прощен и даже обогрет собственным телом блюстителя порядка. Хотя следы вепря под сосной отчетливые. Алексей Петрович развернулся и ударил татарина. Губы того сразу окрасились кровью. Захарка-то, знаешь поди, весь в меня: Я ведь его, Никешу с грудных пеленок знаю! Бородатый татарин повернулся спиной. На бритом его затылке темнела шишка размером с половину грецкого ореха.

Ему что дурак, что умный — без разницы. Он и убогого оттолкнул, а тут — салазки перевернулись. Вот и пропустил по темени, когда стал Захарку из сугроба вытягивать.

Обрубков, больше из вежливости, ощупал гематому. Все и так знали, что кабелем. Инструмент нападения — увесистый обрезок кабеля — Никеша, смываясь, бросил. Алексей Петрович отошел к запотевшему окну и пальцем начертал звездочку Соломона. Так их механически рисуют на обложках тетрадей вечные двоечники, внимая учителю.

А с Никешей я разберусь по-свойски. Выпив за упокой Захарки, мы с егерем разошлись вскоре по комнатам. Всю ночь я, как это часто бывает на новом месте, почти не спал. Но думал я, ворочаясь, не о растерзанном ребенке, не о вепре, не о Никеше и тем паче не о литературных своих затеях.

Средоточием всех моих помыслов сделалась помещичья внучка Анастасия Андреевна Белявская, моя спасительница.

Ее милый образ беззастенчиво рисовался в моем воображении — в том виде, в каком обычно представляют себе, лежа под одеялом, распалившиеся подростки своих одноклассниц. С утра мы проводили на сцену преступления вызванных Гаврилой Степановичем сыщиков. Разумеется, прежде егерю пришлось навестить Реброва-Белявского, от которого он и дозвонился в районные органы.

Сам Алексей Петрович делать этого не пожелал. От прокурорских Алексей Петрович, помимо растревоживания свежей раны своей да возни со съемкой показаний и заполнением протоколов, ничего полезного не ожидал.

Нет, Ребров-Белявский не впал, потеряв сына, в ипохондрию. Напротив, он был исполнен желания найти виновных и беспощадно их покарать, но полагался в этом лишь на собственные силы, а никак не на силы правопорядка, в коих подозревал одни только слабости. Оперативно-следственная бригада, состоявшая из полногрудой женщины-медика в шерстяных рейтузах, пожилого следователя Пугашкина и фотографа, долго в лесу не задержалась.

Осмотрев, сфотографировав и расфасовав мелкие и крупные фрагменты скелета в полиэтиленовые мешки, а также взяв на месте пробы запекшейся крови, сотрудники прокуратуры перекочевали в тепло, то есть к Обрубкову, исполнявшему, за неимением, должность коронера на общественных началах. Верховодил всей экспедицией Пугашкин.

:: C.S. WOWD :: Planar WotLK

Чувствовалось, что следователь с егерем очень знакомы, но отношения между ними натянутые. И хотя посещение здешних мест для работников районной прокуратуры за последние годы стало делом привычным, к егерю они прежде не захаживали. Теперь же, по причине жестокого мороза, Обрубков дал им поблажку.

Следователь оценил экстерьер Хасана и собрался уже потрепать его по загривку, но Хасан так ощерился, что вся трепка досталась штрейкбрехеру Банзаю. Наконец я узнал имя нашего кота, да и то благодаря фотографу, непременно пожелавшему выяснить, кого и как зовут, ибо в незнакомой компании он пить отказывался.

Противопоказано в нашей профессии пить, во-первых, с потенциалами и, во-вторых, антифриз. Оба служителя Фемиды недвусмысленно посмотрели на Обрубкова, но запасной полковник отмолчался. Так, должно быть, пламенные большевики допрашивали пламенных меньшевиков и левых социалистов накануне решительных выступлений. Евдокия Васильевна без колебаний отщелкнула замки болотного металлического ящичка с облупившимся крестом на борту. Словно в подтверждение данной версии Банзай широко зевнул, обнажив свои мелкие клыки.

С виновниками этого непонятного торжества я пить отказался, сославшись на гастрит, а егерь просто отказался, ни на что не ссылаясь. Заполнив протокол, он долго и въедливо уточнял у Обрубкова характер и привычки слабоумного Никеши.

Все это он квалифицировал как словесный портрет преступника. Я лично вижу перед собой матерого садиста и уголовника! Щека Пугашкина дернулась, будто от невидимой затрещины.

Book: Вепрь

Никогда бы я не подумал, что простым карандашом можно так усложнить поимку преступника. На листе бумаги был набросок то ли Франкенштейна, то ли Джека-Потрошителя. Словом, типа, способного без посторонней помощи вырезать весь поселок по домашнюю скотину включительно. Обрубков сходил в свою комнату и вынес черно-белый фотоснимок худенького белобрысого юноши с большой родинкой на переносице. Юноша обнимал за шею Хасана. Свирепый пес сидел смирно, высунув от удовольствия язык. Юноша был одет в простые широкие портки и майку, обнажавшую его худые ключицы.

Тот крякнул и убрал фото в планшет. Еще к родственникам жертвы надо завернуть. После отбытия следственной бригады мы с Гаврилой Степановичем принялись за чай. Обрубков был сосредоточен и долго отмалчивался, прихлебывая кипяток из блюдца.

В нем свинца и дроби с пуд, не меньше. Нашего брата он люто ненавидит, но остерегается тех, кто с оружием. Рекомендацию дала непременно ружьем обзавестись. Осекшись, он задымил папиросой. Ну, и песни еще орать. Мальчонка погиб, а они — горланят! Через приоткрытую форточку до нас докатились отдаленные вопли в гармоническом сопровождении. Жизнь в притихших Пустырях к полудню взяла. Кто-то, во всяком случае, боролся с траурными настроениями дерзко и разухабисто. Облачившись в телогрейку, я бросился его догонять.

Удалая песня, бравшая начало где-то в верхних Пустырях, текла в нашу сторону, пока на краю оврага не выросли сами ее исполнители. Оба они были в танкистских шлемах, а Тимоха еще растягивал на груди гармонь. Издали гармонь смахивала на пишущую машинку, перелицованную в музыкальный инструмент.

У реки, на границе между верхними и нижними Пустырями, их встретили мы с Гаврилой Степановичем. Я остался чуть сзади, готовый поддержать старика всеми средствами. Егерь взвел ракетницу и прицелился в малиновые мехи. Танкисты переглянулись и провели короткое оперативное совещание. День же рождения Моцарта! Семен вдруг бухнулся в сугроб на колени.

Ниспошли ты нам, Господи! Я чистую рубаху надел! А мы только обрез прихватили! Он бросил на снег свою гармонь и вытянул из-за пазухи обрез, дабы Семен уяснил всю безнадежность их положения.

Я Злату Прагу взял и тебя возьму! У меня белочехи в руинах дымились, и ты задымишься, выблядок! Ты моим лычкам давно завидуешь! Хлопнул выстрел, и зеленая ракета, прочертив дымный след, взмыла над Пустырями. Между Ребровыми вспыхнула жаркая рукопашная схватка, победитель в которой так и не выявился. Танкисты укатились на лед ручья. Я и впрямь основательно продрог. Нос и щеки мои онемели, а самым великим желанием было вернуться к самовару.

Ледовое побоище вдруг закончилось. Я ж пузырь оставил на радио! Скоро Наталья из соседей вернется! Не дожидаясь брата, он рванул по дороге на верхние Пустыри. Семен, подобрав обрез и оба слетевших в драке шлема, на кривых ногах пустился его догонять. Я инструмент у тебя оставил! Через минуту пара танкистов пропала из виду. За гармонью Тимохи, подбитой никелированным уголком и перламутровыми пластинами, я обернулся мигом.

Гаврила Степанович их не разделил. Усадьба Желание записаться в библиотеку преследовало меня с самого утра. Улучив момент, я обратился с ходатайством по начальству.

Гаврила Степанович проявил деликатность и закрепил ее рукопожатием. Так наши взаимно негативные впечатления окончательно перепечатались в позитивные. Надеюсь, и с тобой произойдет нечто подобное. Передай Насте, что вечером загляну. Сам Обрубков отправился на ближнюю вышку для раздачи диким свинтусам причитающегося им довольствия.

Зимний рацион кабанов состоял из ячменя или пшеницы, засыпавшихся в закрома под вышками, нарочно сооруженными для безопасности отстрела. Оттуда зерно совковой лопатой пересыпалось в ведро и далее перекочевывало из него в иссеченные клыками, потемневшие от крови и времени дубовые ясли.

❖ ВЕДАНТА ❖ Шримад Бхагаватам — Песнь 5: "Творческий Импульс Творения" (аудиокнига)

Ведомое главой семейства, стадо приходило сюда на рассвете. Здесь ждала их жизнь по будням и смерть по выходным. И когда приходил их час, они умирали, словно античные гладиаторы по воле кесаря или наместника, изъявляемой движением пальца. Только тот палец был большой, а этот — указательный. И тот иногда двигался вверх, милуя побежденных, а этот — всегда на себя, убивая так же не из чувства голода, но забавы ради.

Кабаны жаждали хлеба, а областное начальство — зрелищ. И тогда ячмень или пшеница, порой забрызганные кровью, напоминали кабанам, что бесплатных пирожных на свете не существует. В хозяйстве Гаврилы Степановича таких злачных мест было три: Итак, егерь пустился кормить своих подопечных, а я взял курс на библиотеку. Если наступать на каждую шпалу, то шаг получается мелкий и принужденный, если же прыгать через одну, то приходится совершать невольное усилие, что, безусловно, сказывается на нервах.

Примерно такая нагрузка мне и выпала, когда я пересекал снежную целину между Пустырями и усадьбой. Дабы не утопать в заносах, я пошел по стопам сорок шестого, наверное, размера, проложившим в том же направлении заблаговременный путь.

Безвестный ходок был, судя по всему, исполин. Чтоб попасть след в след, мне приходилось выделывать скачки, измотавшие меня скоро до крайней степени. При каждом подобном скачке полы моего тулупа распахивались, будто крылья, и с высоты птичьего полета я, полагаю, напоминал большую голодную ворону, клюющую разбросанные крошки.

Одолеть столь противоестественным способом две с половиной версты ради тяги к знаниям решился бы, разве, какой-нибудь Ломоносов. Но Ломоносову, мужчине гренадерского роста, мои усилия и не потребовались.

Так что я мог по праву собой гордиться. Поскольку из-за серьезных перегрузок мне постоянно мерещилось, что усадьба нарочно от меня удаляется, отсюда и далее я стал воспринимать ее как одушевленное существо.

И в известном смысле оказался прав. Усадьба ветеринара и потомственного дворянина Михаилы Андреевича Белявского, как и многие помещичьи усадьбы, сторонилась крестьянских дворов, вечно отдававших потом, перегноем, навозом и людскими испражнениями, то есть всеми известными ароматами, сопровождавшими тяжелую подневольную жизнь.

Из угодий, жалованных некогда фамилии Белявского, она предпочла вершину пологого холма, отгородившись от крепостных огородов еще и пахотным полем, и березовой рощей на склоне.

Но этого усадьбе показалось мало.

Боевая коса - Предмет - World of Warcraft

Она окружила себя липовым парком с аллеями, набрав охрану из обнаженных языческих изваяний, стерегущих подступы к собственно покоям. Усадьба, заложенная в далеком году, строилась, как ей тогда казалось, на века. Названный труд был извлечен для меня законной его наследницей из домашнего архива семьи Белявских.

Теперь же, пользуясь случаем, я хочу более распространенно поведать об усадьбе, сыгравшей отнюдь не маловажную роль в моих злоключениях. Основал усадьбу младший из белостоцких шляхтичей Белявских, пан Вацлав.

Прибыл он из Ржечи Посполитой в Санкт-Петербург, не имея за душой ничего, кроме обязательной чести да писем к дальнему родственнику, цирюльных дел мастеру при дворе тогдашней императрицы Екатерины. Брил ли сей родственник холеные ноги ясновельможной государыне, пускал ли кровушку ее хворым фрейлинам для излечения, то неизвестно.

Известно только, что юному Вацлаву он расхохотался в лицо и выставил его за порог, дав совет использовать рекомендательные грамоты в ближайшем нужнике. Честолюбивый пан Вацлав, явившись в Россию искать славы и состояния, нашел только место в посольском департаменте с мизерным жалованьем, едва позволявшим ему сводить концы с концами. Да и место возникло благодаря лишь каллиграфическим образцам его отменного почерка.

Помыкав горе, пообносившись, но и пообтеревшись, находчивый пан Вацлав уловил в природе свежие эстетические поветрия. Столичные вельможи потянулись к прекрасному. Просвещенная до мозга костей государыня со своими наперсниками ревностно взялась насаждать эту тягу в своем окружении.

Да, собственно, никто и не возражал. Так, разве, где-нибудь без свидетелей. Пораскинув умишком, нищий чиновник Белявский, хотя и лишенный сочинительских даров, но взамен прилично владевший французским, сделал первый ход: Простите, Алексей, а кому сейчас достается, это вы про кого Его Владимир Викторович зовут quote: Originally posted by oldmiker: К сожалению, не знаю о распространенности матриц на 7,62х В любом случае завод уже озадачился сменой метки, хотя не стоит.

По срокам сейчас не скажу. По матрицам, их очень много кто делает и высылает на прямую, поверьте это не проблема. Я, по-моему, даже отметился в теме по rem. Главное - сколько будет покупателей.

Формируйте пул покупателей, можно будет что-то предпринять. Хотя, говорят, ганзовская статистика показывает, что эти пулы не работают, разваливаются, как до дела доходит Ганзовская статистика очень разная, смотря как подать и с кем обсуждать!

Вот пример моего формирования пула совместно с прошлым руководителем компании, зеваки болтали и просили невозможное, а кто понимал что ему нужно, спокойно все получили. Была еще задумка, но смена руководства внесла коррективы, аппетиты у фирмы выросли а понимание исчезло. В итоге даже базовая модель была снята с производства. При каком минимальном количестве желающих вы готовы выпустить Егерь rem твист 8" и при какой стоимости? Калибр в РФ сертифицирован, поэтому это фактически перествол Егеряпатронами для сертификации модели я вас обеспечу, они есть на прилавках наших магазинов!

Если разговор на эту тему может быть продолжен в серьезном русле, то можно перейти в р. Я - не Кислов, я - не Алексей. Вот в этом случае знахари подходят как нельзя. Потом и пожалеют и повинятся, а назад уже ничего не вернуть. А коли рядом с лекаркой приключится такой вот удалец… Не, проще злобу выместить на ком другом. А то что до крови сейчас охочий, дак исцеление твое близко. Скоро совсем появится человек, что жизнь твою перевернет и заставит по иному на нее взглянуть.

Что до доброты, так то тебе неведомы мысли мои, а они ой как не добры. Однажды прокравшись в палатки маркитантов, Виктор потравил бочки с пивом. Тогда как раз намечался штурм Обережной, крепости в которой он сейчас служил командиром разведчиков, а тогда… Тогда он был простым трактирщиком, израненным и озлобленным, жаждавшим забрать как можно больше жизней в отместку за свершенное их соплеменниками.

От штурма гульдам пришлось отказаться, так как к утру выяснилось, что больше полка оказались отравленными и выжить из них никто не сумел. Отходить, стало быть все целы останутся, пойдут дальше, понадеявшись на число свое большое, то их беда, потому как хворый воин и не воин вовсе. Тогда воевода их легко согнет. Но вины твоей в том не будет, грех на их начальнике повиснет, ибо выбор у него.

А ить не по чести воинской. Правда извести чуть не половину всех запасов трав придется, намешаю такую бурду, что пронесет основательно. В Тихом два колодца, стало быть, два бурдюка готовить. Вот думаю как бы не. Если ничего не приключится, то два дня у тебя еще.

Недоброе отношение к женщине, да еще и к той, которой вот-вот рожать могло показаться как минимум странным, но ничего странного в поведении лекарки не. Она-то чай тоже баба, а как нормальная порядочная женщина может относиться к гулящей. Срок придет, бабушка и поможет, но только отношение ее к этой женщине не изменится. Опять же, гулящая, гулящей рознь. Есть такая, что плоть свою тешит, но за дите любого удавит. А есть вот такие, которые до последней возможности о своей усладе думают, пока срок не приходит, а тогда мертвым младенцем и разрешаются.

Гнать бы такую из села, да и без нее никак. Мужикам-то нет-нет пар спустить потребно и женки их о том знают, а виду не подают, будто ослепли и оглохли, а ведь село, там все на виду, да и в городах народу не больно-то и много, среди четверых, обязательно два знакомца найдутся.

Дверь в просторную избу распахнулась и на крыльцо вышел парнишка лет шестнадцати. Ладный должен был получиться мужик, да вот только несчастье приключилось с ним пару лет тому, привалило в бурю деревом, бабка Любава выходила, но паренька перекосило, так что ни за соху встать, ни другим мужским занятием заняться. Не желая быть нахлебником до конца дней своих в родительском доме, паренек прибился к ватаге Добролюба.

Ватажники поначалу ворчали по поводу прихоти атамана, с воеводой и вовсе отдельно беседовать пришлось, но начальство убедил, а десяток сам угомонился, когда вдруг выяснилось, что они и обстираны и снедь готова и в жилье прибрано. Нашел себя парень, хоть и тяжко. Отец небесный, ты как здесь?. Смеяна, дочь воеводы и его законная супруга, разрешилась от бремени раньше срока, почитай на два месяца, но слава Богу, мальчик родился крепеньким и здоровым. Сейчас она должна была находиться в Звонграде, а вернее на пути в столицу.

Был такой обычай, что первенца молодая рожала в отцовском доме, коли до того не было уж больно. Там под материнским доглядом она проводила и первые пару месяцев, оттуда и крестили ребенка. Если такой возможности не было, то матушка приезжала и жила все это время рядом с дочкой.

Кто как не родная мать и подскажет, и подскажет, и поддержит, и уму разуму научит, свекрови-то они разные бывают. Опять же, даже если в новой семье молодую на руках носят, ей бедняжке все одно не сладко, ить из отчего дома уходит в иную семью, со своим укладом, все для нее там непривычно и в новинку.

Вяткины проживали в Брячиславле, но рассудив, что отец будущего ребенка несет службу неподалеку от Звонграда, порешили отправить молодку рожать в отчий дом. Там и Боян сможет их навещать и молодой матери поддержка. Вот только когда стало ясно, что гульды готовы выступить в поход, молодой глава семейства отписал жене, чтобы она немедля выезжала к его родителям. Но у нее видимо помутился рассудок, коли вместо столицы она направилась прямиком в пограничную крепость и это когда война уже началась.

Сказывают у вас тут бабка кудесница проживает, что и с того света возвращает. Слезы растеклись по красивому, но осунувшемуся лицу. Вожжи там или строгий выговор, все. Кудесница бабка Любава или нет, то уж без разницы, не полкового же коновала призывать. Отправлять за бабкой, потом пока она поглядит мальца, пока сходит за тем что потребно, а тут может счет на минуты. Градимир вообще редко когда терялся, вот и сейчас долго раздумывать не. Кто сказал, что родители больше него испугались, чай внук.

Оно и не далеко, но все одно быстрее чем пешком. Боян хоть и в тревоге, а на подворье занимаемое разведчиками ступил не скрывая своего неудовольствия.

Будь его воля, то такую горячку пороть нипочем не стал. Но кто его станет слушать, уж не тесть это. Сказав это, старуха указала молодому калеке на котел, приглядывай мол, и довольно легко для своего древнего вида зашагала к дому. На крыльце появился Добролюб, а и то, чего это приключилось, эвон целая делегация да еще и бабенка. Да что тут происходит-то? Как же стали ему объяснять, только и успел, что посторониться. При входе прихожка из той два хода, влево это в помещения занимаемые десятком, вправо к бабушке, у нее только одна комната, но она самая большая, хозяйство у нее немалое.

Пропустив мать с дитем, бабушка захлопнула дверь перед самым носом Градимира, это он гарнизону голова во всем, а ей не указ. Ага, бабушка в своем репертуаре, коли при деле, так и Великого князя не постесняется оставить за дверью. Спрашивать Волков ни о чем не стал, незачем и без того понятно, что беда с дитем. Выходит Смеяна уж родила. Забудь, ты всегда знал, что она не для. Виктор отошел к Тихоне, который колдовал над взваром готовившимся по особому рецепту лекарки.

Вообще-то будь бабушка иного нрава, то приготовила бы такой отвар, что упокоил бы всех гульдов со стопроцентной гарантией. Самая знаменитая отравительница Мария Медичи и ее помощник алхимик в сравнении с ней просто дети шкодливые, в этом он ничуть не сомневался. Вот только на смертоубийство она нипочем не пошла бы, характер у нее был стальной.

Эх, жаль не подумал. Готовился к войне, готовился серьезно и вдумчиво, множество мудреных придумак воплотил в жизнь. Если их сейчас ввести в бой, то вполне возможно, что удастся разбить армию гульдов, правда только в одном сражении, не так чтобы и много всего успели изготовить.

А тут всего-то потравить колодцы и приходи кума любоваться, пейте люди добрые. Ну да, все мы крепки задним умом. А это еще что? Нет мужиков-то понятно, а мамку-то почто выдворила на улицу? Видать та оказалась больно сердобольной, а это только в помеху, вот и разошлась лекарка.

Смеяна с плачем припала к груди Бояна, все так же стоящего на крыльце, а тот ее нежно обнял и по стану поглаживает. От вида этой картины у Виктора аж дыхание сперло. Э-э-э парень, так.

А ну-ка пошел со двора, не то и до беды недалеко. Так сам себя понукая, он вышел за калитку и направился к воротам, от греха подальше, мало. После того, что с ним случилось за последнее время, он очень сильно сомневался, что его не переклинит самым непредсказуемым образом.

Крепость сейчас походит на растревоженный улей. Народу видимо-невидимо, мало дополнительный полк стрельцов и весь посад за стенами, так еще и почитай со всех окрестных деревень собрались. Весть о том, что Великий князь бит на границе и отошел к Кукше уже всем ведома, как и то, что два полка гульдов движутся к Обережной. Сам Виктор о тех полках и поведал, вернувшись из разведки, потому и парни сейчас отсыпались, почитай двое суток в седле.

Вообще сейчас и Кукшинский и Звонградский уезды стояли на ушах, те кто поосмотрительнее, бросали дома, собирали скарб, живность и уходили целыми селениями в леса, проклиная на все лады и Карлу и его племя, и по князюшке не забывая пройтись, а то как же, не оборонил.

Оставаться дома, когда такое творится никому не хотелось. Оно и свои славени, коли налетят, то разор учинят и надругаются не стесняясь, чего уж говорить о гульдах, эти вообще жалости не ведали. На этот раз на постоялом дворе принадлежащем Виктору, дело было поставлено куда как. Все имущество вывезено, станки разобраны и так же надежно упрятаны, обильно смазанные салом, чтобы никакая ржа не добралась.

Богдану особо развернуться не получилось, на инструменте удалось заработать только три тысячи. Нет, по местным меркам это огого какие огромные деньги, если лошаденку крестьянскую можно и за пять рублей сторговать, просто можно было получить и куда. С другой стороны даже с учетом больших расходов на подготовку к встрече с врагом, в кубышке у Виктора имелось пять тысяч рублей. Он был просто таки богатеем и вполне имел возможность развернуть мануфактуру по производству инструмента по нарезке резьбы.

Здесь, обычные в мире Волкова, лерки и мечики способны были произвести революцию, а используемым станкам, изготовленным по разработке Виктора, вообще аналогов не. Вот только закралось к нему сомнение, что ему позволят так запросто владеть столь прибыльным производством.

Шутка ли, если развернуть только те станки, что у него были он мог получать прибыль минимум в две тысячи в месяц, а то и. А там где замешаны деньги… Местный полковой воевода Смолин благоволил Добролюбу, но кто знает, как далеко его благодетельство простирается. Лиса Отряхина, звонградского купца, через которого шла реализация готовой продукции, мастера чуть не за грудки тягали, требуя продать чудо какой инструмент, но тому предложить пока было нечего. Он только и мог, что разводить руками, ссылаясь на неспокойные времена и на то, что изготовитель отчего-то перестал торговать с.

Всем было и невдомек, что производят тот товар на территории Брячиславии. Виктор подумывал было обосноваться в долине, где ему удалось накрыть банду разбойников, но по здравому размышлению решил все же проверить как там и. Выводы оказались не в пользу местечка. Ветра там если и дули, то были большой редкостью, зачастую стояло полное безветрие, а как поднимался ветер, так особой силой не отличался. Долина была надежно укрыта скалами, становившимися непреступной стеной на пути воздушных потоков.

Река полностью перемерзала, несмотря на быстрый бег, может чуть позже чем реки со спокойным течением, но зазор был совсем небольшим, чтобы иметь какое-то решающее значение. А коли привода для станков надежного не будет, то какой смысл городить огород, ты поди еще все протащи в тот узкий проход. Нет, можно было обосноваться и там, благо прибыль обещала перекрыть все время вынужденного безделья с лихвой, но Виктор всерьез подумывал о том, чтобы перебраться в Новый Свет.

Да, там опасно, но та опасность явная, когда все ясно, вот ты, а вот твой враг, здесь свои, там чужие. Опять же, до бога высоко, до царя, то есть Великого князя, далеко, так что можно будет крепко устроиться, да и представители власти там будут куда как более сговорчивее, ведь кругом только те, кто готов тебя сожрать.

Вот то, чего он опасался здесь, было куда как страшнее, если там он мог быть хоть кем-то, то тут ноль без палочки, от которого избавиться проще простого.

Истеричные женские крики, разом вывели Виктора из задумчивости. Оно, бабье племя любит голосить по поводу и без такового, но по интонации можно легко угадать, когда они голосят на публику, чтобы привлечь внимание окружающих, мол поглядите люди добрые, что деется, когда от горя, когда просто за компанию, чтобы поддержать товарку.

Но этот крик безошибочно указывал, что случилась беда нешуточная. Волков даже еще не успел задуматься вопросом, чтобы такое могло приключиться, как уже бежал на крики, не отдавая себе отчета выхватив пистоли, словно готовился отразить нападение. С другой стороны время военное, все помыслы об этом, так что его реакцию понять. Но вскоре он понял, что несмотря на реальную беду, оружие здесь было лишним. Толпа расступилась перед ним так, словно заросли камышей, оно вроде растут плотно, но противостоять прущему нахрапом человеку не могут.

Люди сами начинали подаваться в стороны, едва заметив кто именно проламывается сквозь плотные ряды, хотя это было и мудрено, но у них получалось. Когда он оказался в центре скопления людей, увидел двух баб, склонившихся над телом женщины и выкрикивавших крики о помощи. Быстрого взгляда оказалось достаточным, чтобы узнать в распластавшейся на земле, возле крепостной стены женщине никого иного как давешнюю разбитную бабенку Милу, что была на сносях и коей бабка Любава прочила еще пару дней до родов.

Опешившие бабы тут же позабыли голосить и одна из них, глядя изподлобья на страшилище пристроившееся рядом, ответила. Виктор не нащупав пульса пошевелил голову покойницы и та как-то подозрительно легко качнулась в сторону. Он взял руку и попытался нащупать пульс на запястье. Положил руку на грудь. А хотя, вот что-то так слабенько, нет не там, где он пытался почувствовать сердцебиение, но он явно что-то почувствовал. Сам не зная отчего, еще ничего не осознав, он положил ладонь на вздымающийся живот мертвой женщины.

Когда Голуба ходила тяжелой он ни раз и ни два прикладывался к ее животу, чтобы почувствовать толчки беспокойной Нежданы. Ни с чем иным он это не мог спутать. Времени на раздумья. Впрочем, вполне возможно, что и есть, откуда ему-то знать, он чай не лекарь и не повитуха.

Единственно в чем он был уверен, так это в том, что женщина мертва, уж это-то он определил. А вот этого оказалось достаточным, связываться с этим сумасшедшим слившим уж реки крови никто не пожелал.

Буквально несколько секунд и рядом никого. Нет, толпа его не остановила бы, но то, что он собирался сделать было настолько диким, что вполне возможно, какая из баб попыталась бы ему помешать, а тогда могло случиться все что угодно.

Еще бы, такое вольное обращение. Как есть потеряли. Понятно, что она стоит много ниже, но ить услугу неоценимую оказала, опять же года уважения требуют. А ты бабушка, нешто не ведаешь, что творится окрест.

Может, вместях со Смеяной в Звонград поедете. Я все мамке обскажу, настои и травки дам, сама управится, я только изредка навещать буду, глянуть, что да .